Врачевание в период разложения первобытного общества ( с 10 тысячелетия до н. н.э)

В период разложения первобытного общества становление классового неравенства вело к внутриплеменному расслоению, усилению племенной организации, а следовательно, и к укреплению культа племенных покровителей и религиозных представлений.

Это обусловило появление профессиональных служителей культа (рис. 6). Сфера их деятельности включала: сохранение и передачу положительных1 знаний, толкование обычаев и религиозные функции, врачевание, судопроизводство и т. и-. Часто основным их занятием было врачевание. Со временем культовые обряды становились все более таинственными и непонятными для большинства членов общины.

Формирование лечебной магии проходило на фоне уже сложившихся эмпирических знаний и практических навыков первобытного врачевания, которые зародились на заре человеческой истории задолго до .возникновения культовых обрядов. Следовательно, культовые обряды врачевания были явлением вторичным – практика и эмпирический опыт, а не магия, были той основой, из которой появились зачатки врачевания.

В наши дни в некоторых странах Азии, Америки, Африки, на островах Океании сохранились народные врачеватели–знахари. Называют их по-разному: в Южной Америке – куран-дёро, в некоторых районах Бразилии– паже, на западном побережье Африки – нгдмбо, в Центральной Африке– нганга, на севере Африки и в странах Востока – хакйм, в Индии – вёдья и хаким, в Бангладеш – коби-рйз и т. д.

Знахарь прекрасно знает флору и фауну окружающей местности, более чем кто-либоизсоплеменников, он посвящен в законы и обычаи племени, незыблемо хранит их и передает по наследству. Будучи тонким психологом, он прекрасно понимает свою аудиторию, которая беспредельно верит ему.

Глубокий профессиональный анализ деятельности народных врачевателей синполитей-ных племен Америки, Африки, Азии и Океании середины нашего века дан в книге американского стоматолога Г. Райта "Свидетель колдовства", переведенной на русский язык в 1971 г. Г. Райт отмечает, что знахари, с которыми ему приходилось встречаться, "все были людьми с высоким уровнем профессиональной подготовки… Все эти служители древнего искусства прекрасно владеют средствами контроля над настроением масс, о которых современная психологическая наука только-только начинает догадываться" (с. 72–73).

Знахарь не пытается лечить "болезни белого человека". Он знает, что бессилен против тропической или желтой лихорадки, "но когда болезнь находится в пределах возможностей его примитивной "науки", он принимается за лечение со всей энергией, энтузиазмом и… мудростью. Часто ему удается справиться с болезнями, перед которыми могла бы отступить даже современная медицина" (с. 66).

"Он часто пользуется травами и снадобьями, целебные свойства которых сомнительны… Пользуясь ловкостью рук, он может "материализовать" паука или ящерицу, причем работает он перед зрителями, среди которых скептиков нет. Он применяет гипноз и самовнушение. Он пользуется фетишами, чтобы внушить веру, а чтобы создать атмосферу страха, он не останавливается перед убийством" (с. 73).

"Мне пришлось быть свидетелем, как он, используя все средства фокусника, волшебника и психолога, полностью подчинил себе суеверное сознание своих соплеменников и достиг результатов, явно превышающих возможности современной медицины и таланты ее лучших представителей… Знахарь простейшими приемами за несколько минут достигает результатов, для которых нашим высоко оплачиваемым психиатрам требуются месяцы и даже годы" (с. 65, 64).

В целом Г. Райт определяет знахаря как "экономического паразита", задача которого состоит в поддержании здоровья общины, как физического, так и духовного, а техника представляет собой "странную комбинацию естественных " сверхъестественных элементов интуиции и здравого смысла" (с. 199).

Подготовка знахарей велась (и в настоящее время ведется) индивидуально. Знания сохранялись в секрете и передавались от родителя детям или избранному для этих целей наиболее способному ребенку в племени. Большое значение придавалось воспитанию мужества и выдержки. Так, в Африке в синполитейных племенах долины р. Убанга выбор ученика начинался с испытания, в процессе которого мальчиков многократно заставляли, до обморока, дышать дымом в специальной хижине, а затем подвергали испытанию весьма прожорливыми большими муравьями (стоя по щиколотку в воде, мальчики держали в руках большие куски муравейника, откуда выбегали разъяренные насекомые; побеждал тот, кто последним кидался в воду). В Америке будущий курандеро должен был доказать, что получил свою миссию с благословения великих предков племени, и затем в отдалении от общества готовиться к своей профессии. В Индии ученики ведья с детства изучали природные лекарственные средства и способы их применения, тексты священных книг, которые должны были произноситься во время врачевания, а также таинственные приемы, призванные победить могучее зло болезни.

В современном мире оценка первобытного врачевания не однозначна. С одной стороны, его рациональные традиции и огромный эмпирический, опыт (несмотря на ограниченный арсенал лечебных средств и приемов) ЯВИЛИСЬ одним из Истоков традиционной медицины последующих эпох и в конце концов – современной научной медицины. С другой стороны – иррациональные традиции первобытного врачевания возникли как закономерный результат превратного миросозерцания и тяжелых условий борьбы первобытного человека с могучей и непонятной природой; их критическая не должна служить поводом для отрицания многовекового рационального опыта первобытного врачевания в целом.

Врачевание в первобытную эру не было примитивным для своего времени, и поэтому не может называться ^примитивной медициной".

"…Седая древность,– писал Ф. Энгельс,– при всех обстоятельствах останется для всех будущих поколений необычайно интересной эпохой, потому что она образует основу всего позднейшего более высокого развития, потому что она имеет своим исходным пунктом выделение человека из животного царства, а своим содержанием – преодоление таких трудностей, которые никогда уже не встретятся будущим ассоциированным людям". Конец первобытной эры совпадает с началом истории классовых обществ и государств, когда более пяти тысяч лет тому назад стали зарождаться первые цивилизации. Однако остатки первобытно-общинного строя сохранялись во все периоды истории человечества. Они продолжают оставаться и сегодня в племенах, живущих на постоянно сужающейся периферии классовых обществ. Это дает возможность научного изучения врачевания в современных синполитеиных обществах аборигенов' Австралии, Азии, Африки и островов Океании, что имеет важное значение для развития современной научной медицины и становления национальных систем здравоохранения в развивающихся государствах (привлечение народных врачевателей к государственным программам здравоохранения, использование положительного наследия народной медицины), как это уже делается в ряде стран.